ее пользу. Лица их
  стали холодными и враждебными. Она решилась двинуть в атаку основной
  резерв.
   - Я... я не знаю, могу ли... имею ли я моральное право сказать то,
  что собираюсь, - проговорила она, понизив голос почти до шепота, - но
  надеюсь, что это останется строго между нами.
   Она обвела взглядом присутствующих и увидела, что вновь завладела их
  вниманием.
   - "Рофф и сыновья" на пороге открытия, которое революционизирует всю
  фармацевтику.
   Она выдержала паузу.
   - Концерн готов выпустить на рынок лекарство, равного которому по
  важности и коммерческим возможностям, как показывают наши расчеты, _н_е_т
  в_ с_о_в_р_е_м_е_н_н_о_м _м_и_р_е_.
   Она почувствовала, как атмосфера в конференц-зале резко переменилась.
   Юлиус Бадратт первым клюнул на приманку.
   - Что же... это... м-м-м... за?..
   Элизабет отрицательно качнула головой.
   - Простите меня, герр Бадратт. Возможно, я и так уже сказала много
  лишнего. Могу только добавить, что это в корне изменит все производство.
  Возникнет необходимость значительного увеличения наших мощностей, в два, а
  то и в три раза. Естественно, нам понадобятся новые крупные займы.
   Банкиры многозначительно переглянулись. Герр Бадратт прервал
  наступившее молчание.
   - Продлевая вам срок погашения долгов на девяносто дней, мы,
  естественно, надеемся и в будущем оставаться основными банкирами "Роффа и
  сыновей"