спустя въехал в гараж на виа Монтеминайо. Едва открыв дверь
  квартиры, Иво понял, что случилось нечто ужасное. Франческо, Карло и Лука,
  громко плача, жались к Донателле, и когда Иво направился к ней, то прочел
  на ее лице такую ненависть к себе, что подумал, не ошибся ли он дверью,
  попав в другую квартиру.
   - Str0nz0! - пронзительно закричала она ему.
   Иво в смятении оглянулся.
   - Carissima, дети, что случилось? В чем я виноват?
   Донателла встала.
   - Вот что случилось!
   Она швырнула ему в лицо журнал "0ggi".
   - На, смотри!
   Еще ничего не понимая, Иво нагнулся и поднял с пола журнал. С обложки
  на него смотрел он сам, Симонетта и их дочки. Внизу под фотографией стояла
  подпись: padre di Famiglia, отец семейства.
   Di0! Как же он мог забыть об этом! Несколько месяцев тому назад
  журнал заручился его согласием напечатать о нем статью, и он по глупости
  согласился. Но Иво и предположить тогда не мог, что его выделят столь
  особо. Он взглянул на свою рыдающую любовницу, на жавшихся к ней детей и
  сказал:
   - Я могу все объяснить...
   - Им уже все объяснили их школьные товарищи, - завизжала Донателла. -
  Дети прибежали домой все в слезах, так как в школе их обозвали бастардами,
  прижитыми!
   - Cara, я...
   - Домовладелец и соседи смотрят на нас волками и шарахаются, как от
  прокаженных. Нам стыдно выходить на улицу. Мы должны немедленно уехать
  отсюда.