просвет между
  немцем и шведом. Те ошарашенно пропустили ее вперед, и она вышла на вторую
  позицию. Толпа, с замиранием сердца следившая за этими опасными маневрами
  француза, разразилась восторженными криками и аплодисментами.
   Теперь, за три круга до финиша, впереди по-прежнему, находился
  Амандарис, Мартель шел вторым, а Нилссон третьим. Амандарис заметил
  произошедшую перемену. "Француз - неплохой гонщик, - сказал он себе, - но
  до меня ему еще далеко". Амандарис решил во что бы то ни стало выиграть
  эту гонку. Впереди замелькал знак: ДВА КРУГА. Гонка уже заканчивалась, и
  он ее практически уже выиграл. Боковым зрением аргентинец вдруг заметил,
  что черно-золотой "феррари" вот-вот поравняется с ним. Мелькнуло
  заляпанное грязью напряженное лицо французского гонщика, наполовину
  скрытое огромными очками. Амандарис внутренне сочувственно вздохнул. Он
  сожалел о том, что ему придется сделать, но иного выбора не было. Гонка -
  это не состязание спортсменов, здесь ценится только победа.
   Обе машины стремительно приближались к северной части овала, к
  высокому повороту, самому опасному месту на трассе, свидетелю более дюжины
  аварий. Амандарис еще раз быстро взглянул на французского гонщика и крепко
  сжал руки на руле. Когда обе стали входить в поворот, Амандарис едва
  заметно приподнял ногу на акселераторе и "феррари" начал потихоньку
  продвигаться вперед. Аргентинец