тулья, сделанные по эскизам Томаса Хоупа. Мебель в гостиной
  являла собой смесь хепплуайта, изящных, тонких, овальных и веерообразных
  линий и форм, и чиппендейла, отделки в стиле рококо с обилием тонкой
  резьбы; на полу лежал огромный уилтонский (шерстяной с низким ворсом и
  восточным узором) ковер, с потолка свисали две стеклянные люстры,
  сработанные в Уотерфорде. Огромная столовая могла разместить сразу сорок
  гостей, рядом с ней находилась курительная комната. На втором этаже
  располагались шесть спален, в каждой из которых было по старинному,
  восемнадцатого века, камину. Третий этаж был отдан под помещение для
  прислуги.
   Не прошло и шести недель с момента их въезда в дом, как Вивиан
  заявила:
   - Уедем отсюда, Алек.
   Он в недоумении посмотрел на нее.
   - Ты имеешь в виду, что хотела бы на пару дней съездить в Лондон?
   - Я имею в виду _в_о_о_б_щ_е_ убраться отсюда!
   Алек посмотрел в окно на изумрудные луга, где он играл еще ребенком,
  на гигантские дубы и яворы и, запинаясь на каждом слове, сказал:
   - Вивиан, здесь так тихо, покойно. Я...
   На что она ответила:
   - Знаю, котик. Вот чиво терпеть не могу, так это сраную тишину и
  покой!
   На следующей неделе они уехали в Лондон.
   В городе сэру Алеку принадлежал четырехэтажный особняк на Уилтон
  Крессент, неподалеку от Найтсбриджа, с великолепной гостиной, кабинетом и
  большой