аю или чего-нибудь поесть?
   Он с удивлением взглянул на нее, попытался что-то сказать, но потом
  сообразил в чем дело. Она была в шоке и говорила, не понимая, что говорит.
  Глаза ее неестественно блестели, и на лице застыла учтивая улыбка.
   - Сэм был большой спортсмен, - сказала Элизабет. - Вы видели его
  призы. Он ведь всегда был победителем, да? Вы знаете, что он уже
  поднимался на Монблан?
   - Лиз...
   - Да, конечно, вы знаете. Вы же сами однажды были с ним, ведь так,
  Рис?
   Рис не мешал ей выговориться, защитить себя баррикадой слов от
  момента, когда она один на один останется со своим горем. На какое-то
  мгновение, пока слушал, его память живо воскресила образ маленькой, легко
  ранимой девочки, какой он увидел ее впервые, слишком чувствительной и
  робкой, чтобы уметь защитить себя от жестокой реальности. Сейчас она была
  в таком нервном возбуждении, так напряжена и неестественно спокойна и
  одновременно так хрупка и беззащитна, что Рис не выдержал:
   - Позволь, я вызову доктора, - сказал он. - Он тебе даст что-нибудь
  ус...
   - Нет, нет. Со мной все в порядке. Если вы не возражаете, я пойду
  прилягу. Я, видимо, немного устала.
   - Мне остаться?
   - Нет, спасибо, не надо. Уверяю вас, в этом нет никакой
  необходимости.
   Она проводила его до двери и, когда он уже садился в машину, вдруг
  позвала:
   - Рис!
   Он обернулся.