й, думала Поппи. Бояться этого. Это не страшно, это... это... правильно.
   Она никогда ни с кем не была так близка. Как будто они с Джеймсом были единым целым. Не хищник и жертва, а партнеры в танце. Поппи и Джеймс. Она могла прикоснуться к его душе, могла его чувствовать.
   Странно, но он этого испугался.
   Не надо, Поппи, пожалуйста! Столько дурных поступков... Поппи, я не хочу, чтобы ты это видела...
   Дурных, да, подумала Поппи. Дурных, но не страшных и непоправимых. Ты одинок, ты живешь в темном мире. Ты так ужасающе одинок. Тебе ведомо, каково это - не принадлежать ни одному из миров. Ты не принадлежишь никому, кроме...
   Она вдруг увидела себя со стороны. В уме у нее возник образ хрупкой изящной девушки, воздушного эльфа с изумрудными глазами. С характером тверже закаленной стали.
   Я совсем не такая, подумала она. Я не высокая и не красивая, как Жаклин или Микаэла...
   Поппи показалось, что слова, которые она услышала в ответ, ей вовсе не предназначались. Джеймс просто подумал об этом или вспомнил цитату из какой-то давно прочитанной книги.
   Девушку любишь не за красоту. Девушку любишь за то, что она напевает мелодию, которую можешь услышать только ты.
   Поппи впервые в жизни испытала чувство защищенности. Так вот как Джеймс думает о ней. Наконец она знает это. Он относится к ней, как к сокровищу, которое нужно защитить любой ценой...
   Любой ценой... Неважно, что со мной случится, думал Джеймс.
   Поппи старалась проследовать за его мыслью дальше, чтобы понять, что он имел в виду, и получила представление о правилах, нет, о законах, по которым он жил.
   Поппи, что за дурная манера лезть в чужие мысли, когда тебя не приглашают.
   В этих его словах прозвучало неприкрытое отчаяние.
   Поппи прекратила погоню за его мыслями. Она не хотела подглядывать. Она