кадры из триллеров: марширующие мертвецы, ходячие трупы, такие, как няня Джеймса.
   Что будет, если Поппи и вправду прямо сейчас умрет? Сильно ли она уже изменилась?
   - Я выцарапаю ему глаза, пусть только попробует сунуться! - сказала Поппи. Ее пальцы сжимались и разжимались подобно кошачьим когтям.
   - Поппи, Джеймс сказал мне, кто он на самом деле.
   Странно, но со стороны Поппи не последовало никакой реакции.
   - Он подонок, животное.
   Что-то в ее голосе заставило Джеймса содрогнуться.
   - Я сказал ему, что ты никогда не захочешь стать такой же, как он.
   - Ни, за что, если это означает всегда быть с ним рядом. Я не хочу его видеть.
   Фил долго смотрел на нее, затем медленно откинулся на спинку стула и закрыл глаза. Его рука непроизвольно потянулась к макушке, где он почувствовал резкую сильную боль.
   С Поппи что-то случилось. Ему не хотелось это признавать, но она действительно казалась странной. Нелогичной. И теперь он понимал, что она начала меняться с той минуты, когда Джеймса выставили за дверь. Так что, возможно, она и в самом деле находилась в странном, пограничном состоянии: уже не смертная, но еще и не вампир. Она не способна здраво рассуждать. Все обстояло именно так, как предсказывал Джеймс.
   "Речь идет о жизни и смерти Поппи, ей и решать".
   Он должен спросить ее.
   - Поппи, - Фил подождал, пока на нем остановится взгляд ее зеленых немигающих глаз, - когда мы с ним говорили, Джеймс сказал, что ты согласилась... измениться. До того, как ты рассердилась на него. Это правда?
   Поппи удивленно подняла брови.
   - Я рассердилась на него, - согласилась она, как будто поняла только половину вопроса. - А знаешь, почему я тебя люблю? Потому что ты всегда его ненавидел. Теперь мы оба его ненавидим.
   Фил помолчал минуту и осторожно продолжил: