За ним наблюдали. Крики утихли до приглушенного, почти сексуального
  шепота. Они ждали, когда он упадет.
   Он шел, концентрируясь теперь на ногах. Когда-то он читал рассказ Рэя
  Бредбери о том, как на месте катастрофы собираются толпы людей и с
  жадным любопытством выспрашивают, сколько пострадавших и будут ли они
  жить или умрут. "Я буду жить, - говорил им Гэррети. - Я буду жить. Я не
  умру".
   Он заставлял ноги подниматься и опускаться, и шаги гулким эхом
  отдавались у него в голове. Он забыл обо всем остальном, даже о Джен. Он
  забыл о боли в ногах и о застывшем напряжении мышц под коленями. Мысль
  крутилась в голове, стуча, как барабан, - я буду жить. Я буду жить, -
  пока сами эти слова не утратили смысл.
   Его привел в чувство звук выстрелов. Толпа замерла, и кто-то впереди
  закричал. "Ну вот, - подумал он, - дожил до выстрела и услышал
  собственный крик".
   Но кричал не он, и стреляли не в него. Это был номер 64, Фрэнк
  Морган, невысокий улыбчивый паренек. Теперь его тащили с дороги, и дужка
  разбитых очков все еще цеплялась за его ухо.
   - Я не умер, - медленно проговорил он. Шок окутал его теплой волной,
  угрожая превратить его ноги в вату.
   - Да, но мог бы, - сказал Макфрис.
   - Ты спас его, - тоном упрека произнес Олсон. - Зачем ты это сделал?
  - глаза его были яркими и пустыми, как дверные ручки. - Я бы убил тебя,
  если