в десятку!"
   Аллен Ладден
  
   В час дня Гэррети опять подвел итоги.
   Пройдено сто пятнадцать миль. Они были в 454 милях к северу от
  Олдтауна, в 125 милях от Огасты, столицы штата, в 150 от Фрипорта (или
  больше... Он боялся, что от Огасты до Фрипорта дальше, чем двадцать пять
  миль), а это уже две трети расстояния до границы Нью-Хэмпшира. Похоже
  было, что они дойдут.
   За девяносто минут никому не выписали пропуск. Они шли по
  однообразным сосновым лесам, миля за милей, краем уха слушая
  приветствия. К тупой боли в ногах Гэррети добавились острые уколы в
  левой икре.
   Потом, ближе к полудню, когда жара достигла пика, ружья заговорили
  опять. Парень по фамилии Тресслер, номер 92, получил солнечный удар, и
  его застрелили, когда он лежал без сознания. Другой участник вдруг упал
  в конвульсиях и бился на дороге, издавая непонятные звуки распухшим
  языком, пока его не нашла пуля. У Ааронсона, номер 1, обе ноги схватило
  судорогой, и он был застрелен на белой линии, когда стоял, как статуя,
  подняв вверх напряженное лицо. А через пять минут еще один парень упал
  без сознания. "Так будет и со мной, - подумал Гэррети, обходя
  распластанное на асфальте тело. На лбу у парня, которого он не знал,
  блестели крупные бисеринки пота. - Так будет и со мной, я больше не
  могу, я не переживу этого".
   Ударили ружья,