ерть. Сейчас я умру".
   Он вдруг начал слышать все, даже самые тихие звуки. Или ему это
  казалось? Щелкнул затвор, как сломанная ветка. Воздух со свистом
  проходил между его зубов, как ветер в туннеле. Боевым барабаном стучало
  сердце. И где-то далеко раздавалось пение... Он конвульсивно вскочил на
  ноги и бросился бежать, не чуя под собою ног. Солдат растерянно поглядел
  ему вслед, перевел взгляд на хронометр и снял палец с крючка.
   Гэррети перешел на шаг. Перед глазами у него плясали белые вспышки, и
  ему на миг показалось, что сейчас он упадет в обморок. Ноги, разъяренные
  тем, что их лишили заслуженного отдыха, с новой силой начали болеть, но
  он терпел. Главное, мышцы левой ноги работали.
   Он посмотрел на часы. 14.17. Еще целый час его будут отделять от
  смерти всего две секунды.
   - С возвращением в мир живых, - сказал Стеббинс.
   - Спасибо, - Гэррети едва мог шевелить губами. Внезапно его охватило
  раздражение. Его бы пристрелили, а они бы продолжали идти, как ни в чем
  не бывало. Только строчка в бюллетене: "Гэррети Рэймонд, ј 61. Выбыл на
  218-й миле". Да заголовок в местной газете:
   "Гэррети мертв. Уроженец Мэна пал шестьдесят первым". - Надеюсь, я
  выиграю, - прошептал Гэррети.
   - Да?
   Гэррети вспомнил лицо солдата. На нем было не больше эмоций, чем на
  блюде с картошкой.
   - Хотя у меня было уже три судороги. Обычно с таким долго