Боже!
   Макфрис глядел прямо вперед.
   - Хотел бы я сойти с ума, - сказал он сквозь зубы. Только Бейкер
  молчал. И это было странно, потому что Гэррети вдруг почуял благоухание
  луизианской жимолости, услышал кваканье лягушек и тяжелое гудение цикад.
  И еще он видел, как тетка Бейкера качается взад-вперед в своем кресле,
  улыбаясь и слушая лягушек, цикад и далекие голоса из старенького
  приемника.
   Качается и качается, улыбающаяся и довольная, как кот, почуявший
  сметану.
  
  Глава 15
  
   "Мне нет дела, выигрываете вы или проигрываете - до тех пор, пока вы
  выигрываете"
   Вине Ломбарды
  
   День возвращался, крадучись сквозь густую белую завесу тумана.
   Гэррети шел один. Он не считал, сколько погибло этой ночью. Может
  быть, пятеро. Его ноги страдали мигренью, которая усиливалась с каждым
  новым шагом. По спине разливался жидкий огонь.
   И все же в нем не гасло воодушевление: до Фрипорта оставалось всего
  тринадцать миль. Сейчас они были в Портервилле, и толпа едва видела их
  сквозь туман, но продолжала ритмично скандировать их имена, как было с
  самого Льюистона.
   - Гэррети? - это был Макфрис, череп, покрытый волосами. Его глаза
  лихорадочно мерцали. - Доброе утро. Еще один день.
   - Да. Много выбыло ночью.
   - Шестеро после Барковича, - Макфрис достал из пояса тюбик с ветчиной
  и начал выдавливать ее в рот трясущимися пальцами.