о, спасаясь от
  пуль, грозящих разнести его костяное вместилище? Как скоро после этого
  ноги начнут протестовать и в конце концов остановятся?
   Ноги устали, но не так сильно, как могли бы. Ведь он был довольно
  тяжелым, и ногам приходилось выносить сто шестьдесят фунтов. Левая
  ступня протерла носок (он вспомнил историю, рассказанную Стеббинсом, и
  испытал укол ужаса) и начала раздражающе тереться о подошву. Но ноги еще
  шли, он не натер мозолей и был в хорошей форме. Двенадцать уже выбыли из
  игры, и столько же, если не вдвое больше, готовы были к ним
  присоединиться, но он в порядке. В полном порядке. Он жив. Разговор,
  прекратившийся после рассказа Стеббинса, завязался снова.
   Янник, номер 98, обсуждал с Уаймэном, номер 97, происхождение солдат
  на вездеходе. Оба согласились, что они ублюдки с большой примесью
  цветной крови.
   - Тебе ставили когда-нибудь клизму? - неожиданно спросил Пирсон.
   - Клизму? - Гэррети задумался. - Нет, по-моему.
   - А вам? - спросил Пирсон остальных. - Признавайтесь.
   - Мне ставили, - смущенно признался Гаркнесс. - Один раз на Хэллуин,
  когда я сожрал целую коробку конфет.
   - И тебе понравилось?
   - Черт, нет! Кому понравится, когда в тебя вливают кварту теплой
  воды?
   - Моему брату, - грустно сказал Пирсон. - Я спросил этого маленького
  засранца, жалеет ли он, что я иду, а он сказал, что