ечером!
   Официантки, казалось, не слышали. Гэррети просто помахал им.
   Участники рассыпались по дороге, постепенно просыпаясь и приходя в
  себя. Гэррети поискал взглядом Барковича - тот выглядел неплохо. Ничего
  удивительного: нет друзей, нет и проблем.
   Потом Брюс Пастор затеял игру в "тук-тук".
   - Тук-тук, Гэррети!
   - Кто там?
   - Майор.
   - Какой Майор?
   - Майор, который на завтрак трахает свою матушку, - сказал Пастор и
  рассмеялся. Гэррети передал это Макфрису, тот - Бейкеру, а по второму
  кругу оказалось, что майор на завтрак трахает свою прабабушку. На третий
  раз он уже трахал Шейлу, своего терьера, с которым его часто
  фотографировали. Гэррети еще смеялся, когда Макфрис неожиданно
  посерьезнел. Он смотрел на каменные лица солдат на вездеходе.
   - Думаете, это смешно? - крикнул он внезапно. Его лицо потемнело от
  прихлынувшей крови. На какой-то момент Гэррети показалось, что сейчас
  его хватит удар.
   - Майор трахает себя, вот оно что! - закричал Макфрис. - И все мы
  здесь трахаем себя! Смешно, правда? Смешно, сукины дети? СМЕШНО?
  Внезапно он побежал к вездеходу. Солдаты подняли ружья, но Макфрис
  остановился, потрясая над головой кулаками.
   - Спускайтесь, суки! Положите ружья и спускайтесь! Я покажу вам, что
  это смешно!
   - Предупреждение, - сказал один из солдат деревянным голосом. -
  Второе