нили приказ Вашингтона и оказали мне любое
  возможное содействие, не подвергающее опасности "Дельфин" и его команду.
  Попытка удержать меня силой вряд ли похожа на содействие. Я же не прошу
  вас рискнуть своей субмариной или жизнью членов ее экипажа.
   Опустив голову, Свенсон уперся взглядом в пол. Хотел бы я знать, о
  чем он сейчас размышляет: о том, каким способом лучше всего меня
  удержать, о том, как выполнить приказ Вашингтона, или о том, что мой
  брат начальник станции "Зебра". Во всяком случае, он промолчал.
   - Капитан, его надо остановить, - напористо заявил Хансен.
  Представьте, что кто-то приставил пистолет к виску или бритву к горлу
  ведь вы же остановили бы его. А это то же самое. Он просто сошел с ума,
  он хочет совершить самоубийство... - он стукнул кулаком по переборке. -
  О Господи, док! Как, по-вашему, почему операторы дежурят на сонаре даже
  сейчас, когда мы сидим в полынье? Да потому, что они предупредят нас,
  когда лед подступил слишком близко. А вахтенный на мостике не выдержит и
  полминуты, да он ничего и не разберет в той ледяной круговерти. Да вы
  сами поднимитесь на мостик, хотя бы секунд на двадцать, - уверен, вы тут
  же передумаете!
   - Мы только что спустились с мостика, - пояснил Свенсон.
   - И он все равно собирается идти? Ну, тогда все ясно: он спятил!
   - Мы можем сейчас нырнуть, - сказал Свенсон. - Положение станции
  известно. Поищем полынью в радиусе мили от "Зебры". Вот тогда будет
  другое