бринский. - Не знахарь, а доктор!
  - Да-да, именно так я и хотел выразиться, - язвительно уточнил Ролингс..
  - Знаете, в последнее время слишком редко приходится общаться с
  интеллигентными людьми вроде меня, вот и проскакивают иногда оговорки.
  Но ясно одно: что касается медицины, наш "Дельфин" набит под завязку.
   - В этом я не сомневаюсь, - улыбнулся я. - Но те, кто выжил,
  наверняка пострадали от пожара или обморожения, у них может развиться
  гангрена. А я как раз специалист в этих делах.
   - Даже так? - Ролингс принялся внимательно изучать дно своей чашки. А
  вот интересно, как становятся специалистами в этих вопросах?
   Хансен наконец пошевелился и отвел взгляд от черно-белой круговерти
  за окнами столовой.
   - Доктор Карпентер у нас не на скамье подсудимых, - миролюбиво
  вмешался он. - Так что прокурорам я бы посоветовал заткнуться.
   Они заткнулись. Эта небрежная, а порой и бесцеремонная фамильярность
  в отношениях офицера с подчиненными, эта атмосфера товарищества и
  терпимости в сочетании с грубоватыми шуточками и подковырками - с ними я
  уже встречался, правда, очень редко. Например, в славных экипажах
  фронтовых бомбардировщиков Королевских военно-воздушных сил. Подобные
  отношения складываются обычно в тесно связанной не только работой, но и
  бытом, группе высококвалифицированных специалистов, которые могут
  выполнять поставленные перед ними задачи только совместными усилиями.
  Такая фамильярность говорит