есть даже
  малейший дефект, то при погружении, когда давление возрастает, немного
  давления и ее выгнет внутрь. Скорее всего, так и сейчас. Если бы крышка
  была открыта совсем, дружище, то на такой глубине вода вылетала бы из
  этой дырки, как пуля. И все-таки осторожность и еще раз осторожность...
  - Он снова потянулся к микрофону. - Крышка номер четыре все еще зеленая?
   - Все еще зеленая.
   Хансен взглянул на Миллса.
   - Сильно идет?
   - Да нет, я бы не сказал, что сильно. Потихоньку.
   - Центральный пост, - произнес Хансен в микрофон.
   - Посмотрите запись о последней проверке, так, на всякий случай.
   После небольшой паузы динамик включился вновь.
   - Говорит капитан. Все аппараты пусты. Подписи лейтенанта Хансена и
  старшего инженера.
   - Спасибо, сэр. - Хансен повесил микрофон и улыбнулся.
   Подписи лейтенанта Хансена я доверяю всегда... Ну, что там?
   - Течь прекратилась.
   - Тогда открывайте...
   Миллс потянул рычаг на себя. Тот сдвинулся на пару дюймов и застрял.
  - Что-то туго идет, - заметил Миллс.
   - Вы, торпедисты, наверно, забыли, что рычаги тоже надо смазать,
  поторопил его Хансен. - Приложи-ка силенку, Джордж. Миллс нажал
  посильнее.
   Рычаг сдвинулся еще на пару дюймов. Миллс нахмурился, приподнялся на
  цыпочки и рванул изо всех сил. Одновременно раздался крик Хансена:
   - Нет! Стой! Стой, ради Бога!..
   Но было уже поздно. Хансен опоздал на целую жизнь. Рычаг громко
  лязгнул, крышку торпедного аппарата