торый держал в руке, встал со стула
  и протянул мне руку. Когда он стоял вот так, ноги вместе, я не мог не
  обратить внимание на изрядный просвет между его коленями и понял,
  наконец, смысл его прозвища Энди Бенди: адмирал родился если не ковбоем,
  как Хансен, то уж точно кавалеристом. Это был высокий мужчина со
  здоровым цветом лица, белыми волосами, белыми бровями и блестящими
  голубыми глазами. В его облике проглядывало что-то невыразимое словами,
  но присущее старшим морским офицерам всего мира; независимо от расы и
  государственной принадлежности. - Рад познакомиться, доктор Карпентер, -
  сказал он. - Извините за, гм, не слишком радушный прием, но коммандер
  Свенсон действовал строго по инструкции. Его люди позаботились о вас?
   - Они позволили мне купить им по чашечке кофе в столовой.
   - Все они неслухи, эти ядерщики... Боюсь, что известное всему миру
  американское гостеприимство оказалось под угрозой. Виски, доктор
  Карпентер?
   - А я слышал, что на американских кораблях сухой закон, сэр.
   - Вот именно, сынок, вот именно. Кроме небольшого запаса для
  медицинских целей, разумеется. Это из моего собственного резерва... он
  извлек карманную фляжку размером с солдатскую баклагу, потянулся за
  стаканчиком для чистки зубов. - Рискнув посетить заброшенные скалы в
  Шотландии, предусмотрительный человек принимает необходимые меры.., Я
  обязан извиниться перед вами, доктор Карпентер. Я встречался вчера
  вечером