ад, примерно к центру
  квадрата, образованного четырьмя красными крестиками.
   - Стоп! - проговорил он. - Руль прямо... - и после паузы: - Вперед на
  одну треть. Так... Стоп!
   - Скорость ноль, - доложил Рейберн.
   - Сто двадцать футов, - приказал Свенсон офицеру у пульта погружения.
   Только осторожнее, осторожнее.
   До центрального поста докатился сильный продолжительный шум.
   - Выбрасываете балласт? - спросил я у Хансена.
   - Просто откачиваем его, - покачал он головой. - Так легче
  выдерживать нужную скорость подъема и удерживать лодку на ровном киле.
  Поднять субмарину на ровном киле, когда скорость нулевая, - это трюк не
  для новичков. Обычные субмарины даже не пытаются это делать.
   Насосы замерли. Снова зашумела вода, теперь уже возвращаясь в
  цистерны: офицер по погружению замедлил скорость подъема. Наконец и этот
  звук умолк. - Поток постоянный, - доложил офицер. - Точно сто двадцать
  футов. - Поднять перископ, - приказал Свенсон стоящему рядом с ним
  матросу Тот взялся за рычаг над головой, и мы услышали, как в клапанах
  зашипела под высоким давлением жидкость, выдвигая перископ по правому
  борту. Преодолевая сопротивление забортной воды, тускло отсвечивающий
  цилиндр наконец освободился полностью. Свенсон откинул зажимы и прильнул
  к окулярам.
   - Что он там собирается разглядеть на такой глубине да еще и ночью?
  спросил я у Хансена.
   - Кто знает. Вообще-то полной темноты никогда не бывает. То ли луна
  светит,