огружению. Сто
  десять...
   - Толстый лед, - завел свою песню Сандерс. - Толстый лед...
   "Дельфин" продолжал потихоньку всплывать. Я окончательно решил, что в
  следующий раз, когда направлюсь в центральный пост, прихвачу с собой
  махровое полотенце. - Если мы переоценили скорость дрейфа, - заметил
  Свенсон, - боюсь, мы треснемся еще разок... - Он обернулся к Ролингсу,
  который все еще возился с лампочками. - На вашем месте, я бы повременил
  с этим делом. Вдруг снова придется все менять - а ведь наши запасы не
  бесконечны.
   - Сто футов, - доложил офицер по погружению. Его ровный голос
  абсолютно не соответствовал мрачному выражению лица.
   - Видимость улучшается, - внезапно произнес Хансен. - Смотрите...
  Видимость действительно улучшалась, хотя и не слишком заметно.
   На экране ТВ отчетливо обрисовался верхний уголок "паруса". А потом,
  совершенно неожиданно, мы увидели кое-что еще: громадную бесформенную
  ледяную скалу всего в дюжине футов над "парусом".
   В балластные цистерны хлынула вода. Офицеру по погружению не
  требовалось никаких приказаний. Если бы мы продолжали, как в первый раз,
  всплывать со скоростью курьерского лифта, мы бы опять подпрыгнули вверх,
  между тем и одного такого удара с лихвой хватило бы для любой субмарины.
   - Девяносто футов, доложил офицер по погружению. -Продолжаем
  подниматься... - шум воды, заполняющей цистерны, постепенно затих.
  Останавливаемся... Все еще девяносто футов. - Держитесь