немся здесь, пока не подберем всех со станции
  "Зебра".
   - Если есть, кого подбирать, - бросил я.
   - То-то и оно, - согласился Свенсон, не решаясь взглянуть мне в
  глаза.
   - В том-то и загвоздка.
  
  Глава 4
  
   Вот оно, подумалось мне, кошмарное воплощение кошмарных фантазий,
  леденивших души и сердца наших древних нордических предков, которые на
  склоне лет, чувствуя, как жизнь капля за каплей покидает слабеющее тело,
  в ужасе представляли себе этот слепящий, сверкающий ад, это загробное
  царство вечного, нескончаемого холода. Но для тех достопочтенных жителей
  это была всего лишь фантазия, а вот нам довелось испытать эту прелесть
  на собственной шкуре, и кому из нас было легче, у меня сомнений не
  возникало. Теперь бы мне больше пришлось по душе восточное представление
  о преисподней, там, по крайней мере, можно было бы погреться.
   Одно я мог бы сказать наверняка: никому не удалось бы сохранить
  тепло, стоя на мостике "Дельфина", там, где мы с Ролингсом медленно
  промерзали до костей, неся свою получасовую вахту. Наши зубы стучали
  часто и бешено, как кастаньеты, и в этом была моя вина, и ничья другая.
  Через полчаса после того, как наши радисты начали передачу на волне
  станции "Зебра", не получая ни ответа, ни подтверждения о приеме, я
  заметил коммандеру Свенсону, что "Зебра", возможно, и слышит нас, но
  отозваться не способна из-за недостатка мощности, зато сумела бы дать о
  себе знать каким-либо другим способом.