будет рассчитать их положение с
  точностью до мили.
   - Стоит попробовать, - согласился Свенсон. И продиктовал еще одну
  депешу Брауну. Тот передал ее сразу же следом за первой. Мы стали ждать
  ответа. Прошло добрых десять минут. Я обратил внимание, что лица у всех
  собравшихся в радиорубке напряженные и отсутствующие, словно мысленно
  они находятся за много миль от этого места. Все они, и я вместе с ними,
  были сейчас на дрейфующей станции "Зебра", как бы далеко от нас ее ни
  занесло. Браун снова сделал какую-то запись, очень короткую. Голос у
  него звучал по-прежнему деловито, но в нем проскользнули нотки
  разочарования. Он доложил:
   - Все зонды сгорели. Луны не видно.
   - Луны не видно... - Рейберн не сумел скрыть разочарования. Черт
  побери! Должно быть, там страшный туман. Или сильный шторм.
   - Нет, - возразил я. - Погодные условия не могут быть такими разными
  на ледовом поле. Они примерно одинаковы по площади, по крайней мере, в
  50 тысяч квадратных миль. Луна просто зашла. Для них луна уже зашла.
  Похоже, что в последний раз они оценили свое положение только
  приблизительно, и ошибка получилась очень большая. Должно быть, они
  гораздо дальше к северо-востоку, чем мы считали.
   - Спросите, есть ли у них сигнальные ракеты, - обратился Свенсон к
  Брауну.
   - Попробовать, конечно, можно, - сказал я, - но боюсь, это напрасная
  трата времени. Если они так далеко от нас, как я думаю, то мы не увидим
  их ракет