Чистая вода!
  Маленькая, хорошенькая чистенькая водичка!
   У меня мелькнула мысль, что и у ледовой машины, и у Бенсона в голове
  одновременно сгорели предохранители. Но офицер у пульта глубины не
  колебался ни секунды: пришлось хвататься за что придется, чтобы
  удержаться на ногах, так как "Дельфин" забрал лево руля и, замедляя ход,
  круто развернулся назад, к точке, которую только что засек Бенсон.
  Свенсон взглянул на табло и отдал тихий приказ, огромные бронзовые винты
  завертелись в обратную сторону, тормозя и останавливая подводную лодку.
   - Ну, что там видно, док? - громко спросил Свенсон.
   - Чистая вода, чистая вода, - благоговейно выговорил Бенсон. - Я ее
  превосходно вижу. Полынья довольно узкая, но мы протиснемся. Щель
  длинная, с резким изломом влево, поэтому мы и не потеряли ее, когда
  разворачивались. - Сто пятьдесят футов, - приказал Свенсон. Зашумели
  насосы.
   "Дельфин" мягко пошел кверху, точно аэростат, возносящийся в небеса.
  Вскоре вода снова хлынула в цистерны. "Дельфин" повис без движения.
   - Поднять перископ, - дал команду Свенсон. Перископ с тихим шипением
  встал в боевое положение. Свенсон на миг прильнул к окулярам, потом
  махнул мне рукой.
   - Посмотрите-ка, - широко улыбаясь, произнес он. - Такого вы еще
  никогда не видели.
   Я взглянул. Если бы даже сам Пикассо изобразил на холсте то, что я
  увидел, ему вряд ли удалось бы сбыть эту картину, и тем не менее я
  испытал те же чувства,