рактор. Удалив с одного края брезента снег, на что
  у меня ушло не больше двух минут, я юркнул под чехол. О том, чтобы поднять
  его, не было и речи: пропитанная маслом ткань промерзла и при малейшем
  усилии порвалась бы.
   Фара-искатель, укрепленная на шпильках, приваренных к капоту трактора,
  удерживалась двумя барашками. Но в здешних широтах отвинтить их было не
  так-то просто: стоило начать откручивать их, как они тотчас ломались.
   Поэтому приходилось снимать рукавицы и, оставшись в одних перчатках,
  согревать гайки теплом своих ладоней. В ту ночь у меня на это не было
  времени. Достав из ящика с инструментами разводной ключ, я ударил по
  шпилькам, ставшим от холода хрупкими как чугун, и они мгновенно сломались.
   Я выполз из-под брезента, держа под мышкой фару-искатель, и тотчас
  услышал быстро приближающийся рев авиационных двигателей. Судя по звуку,
  самолет находился совсем рядом, но я не стал терять времени на его поиски,
  а, нагнув голову, чтобы уберечь лицо от острых ледяных иголок, чуть ли не на
  ощупь добрался до нашего жилища. Джекстроу протянул мне руку. Они с Джоссом,
  погрузив кладь, уже привязывали ее к нартам. Когда я наклонился, чтобы
  помочь, над головой у меня с шипением взвилась ракета, осветившая ярким
  пламенем белый снег, на фоне которого возникли черные тени. Совсем забыв,
  что, потушив свет в нашем укрытии, мы лишили пилота ориентира, я зажег
  фальш-фейер и укрепил его на метеобудке.
   Мы разом повернулись к югу и снова