это зрелище, затем Джекстроу сделал нетерпеливое движение. Не успел он и рта
  открыть, как я понял, что он хочет сказать.
   - Уплавник, - произнес он. - Завтра отправляемся в Уплавник. Но сначала,
  как вы сказали, надо хорошенько выспаться.
   - Вот именно, - отозвался я. - При луне и ехать веселей.
   - Веселей, - согласился Джекстроу.
   Конечно, он был прав. В арктических широтах во время зимних походов
  поводырем служит не солнце, а луна. В такую лунную ночь, какая выдалась
  сегодня, путешествовать одно удовольствие: чистое небо, ветер стих, снегопад
  прекратился. Повернувшись к Джоссу, я его спросил:
   - Не возражаешь, если мы тебя одного оставим?
   - Нет проблем, - ответил он хладнокровно. - А может, с собой возьмете?
   - Лучше оставайся здесь и не болей, - возразил я. - Спасибо, Джосс.
   Ведь надо же кому-то присмотреть за станцией. Буду выходить на связь по
  расписанию. Возможно, ты наладишь рацию. Бывают же чудеса.
   - На сей раз чуда не будет. - Круто повернувшись, Джосс стал спускаться в
  нашу берлогу. Джекстроу направился к трактору: мы понимали друг друга без
  слов. Я последовал за Джоссом. Насколько я мог судить, никто из гостей не
  сдвинулся с места ни на дюйм, но при моем появлении все подняли глаза.
   - Вот и прекрасно, - резко проговорил я. - Забирайте свои вещи, наденьте
  на себя все, что сможете надеть. Мы сейчас отправляемся.
   Мы тронулись в путь лишь через час с лишним. Больше недели трактор стоял
  без движения, завести его оказалось чертовски трудным делом.