Кто это был?
   - Солли Левин.
   Взошла, затем исчезла луна, температура неуклонно понижалась. Было такое
  впечатление, словно мы находимся на борту этой раскачивающейся из стороны в
  сторону, грохочущей машины всю свою жизнь.
   В продолжение бесконечного дня мы разрешили себе всего две остановки в
  четыре часа пополудни и в восемь вечера. Сделал я это Преднамеренно. Мы с
  Джоссом условились, что я попытаюсь выйти на связь с ним в часы, кратные
  четырем. Мы вынесли рацию из кузова наружу, пока Джекстроу заправлял
  топливный бак горючим. Десять минут кряду Корадзини крутил педали
  динамо-машины, а я выстукивал ключом позывные, но даже намека на ответ не
  последовало. Иного я и не ожидал. Если бы даже Джосс каким-то чудом сумел
  отремонтировать рацию, из-за помех в ионосфере, обусловленных северным
  сиянием, нам не удалось бы услышать друг друга. Но я обещал Джоссу наладить
  связь и поэтому должен был сдержать слово.
   Когда я предпринял повторную попытку выйти на связь, у всех, даже у нас с
  Джекстроу, зуб на зуб не попадал из-за лютого холода. В нормальных условиях
  мы не должны были ощущать его: при низких температурах мы надевали два
  меховых костюма - нижний мехом внутрь и верхний мехом наружу. Но мы отдали
  запасные комплекты меховой одежды Корадзини и Зейгеро. Без них в кабине
  трактора, где холодно, как в морозильной камере, не обойтись. Поэтому теперь
  мы страдали от стужи в такой же степени, как и все остальные.
   Время от времени то один, то другой