был даже готов вывести из строя двигатель. Я решил
  спровоцировать убийц. Догадавшись, что я намеренно тяну время, они бы
  предприняли какие-то действия. Во всяком случае, попытались бы это сделать.
   Именно это и входило в мои планы. Час или два спустя Джекстроу должен был
  вооружиться винтовкой, висевшей у него за плечами, а я - пистолетом.
   Наставив дула на злоумышленников, мы держали бы их под прицелом до тех
  пор, пока не подоспел бы Хиллкрест. При благоприятных обстоятельствах он
  должен был догнать нас не позднее полуночи. И тогда наши беды остались бы
  позади.
   Но обстоятельства оказались отнюдь не благоприятными. Беды продолжали нас
  преследовать. Вездеход Хиллкреста безнадежно застрял. Видя ухудшившееся
  состояние старого Малера, наблюдая, как от часа к часу слабеет Мария Легард,
  я решил не терять ни минуты. Будь я из другого теста или не будь я хотя бы
  доктором, то, возможно, и сумел бы убедить себя в необходимости пожертвовать
  Марией Легард и Теодором Малером. Ведь ставки в игре, которую вели
  преступники - я был совершенно уверен в этом, - были много выше, чем жизнь
  одного или двух человек. Я мог бы держать на мушке всех или, по крайней
  мере, главных подозреваемых целые сутки. До тех пор, пока не появилась бы
  группа Хиллкреста. Но я никогда бы не смог убедить себя в том, что больные
  пассажиры - это пешки, которых можно сбросить со счетов. Несомненно, я
  проявил слабость, но этим своим недостатком я даже гордился, и Джекстроу
  полностью