статочное количество инсулина. Но рассуждения эти
  были слишком заумными. Во всяком случае, Малера я сбросил со счетов. Мне
  необходимо было обнаружить убийц, готовых в любую минуту нанести очередной
  удар. Малер же одной ногой стоял в могиле.
   Преступников следовало искать среди четверых - Зейгеро, Солли Левина,
  Корадзини и преподобного Смоллвуда. Проповедник же был настолько набожен,
  что подозревать его в чем-то было просто грешно. Все эти дни он не выпускал
  из рук Библию. Конечно, каждый обманщик лезет из кожи вон, чтобы ввести
  своих ближних в заблуждение. Но ведь есть какие-то границы, которые нельзя
  преступить, не рискуя показаться смешным.
   Подозревать Корадзини были все основания. Он немного разбирался в
  тракторах. Правда, наш "Ситроен" и машины, выпускаемые его компанией,
  отличались друг от друга как небо и земля - и по возрасту, и по конструкции.
   Но он оказался единственным, кто был на ногах, когда я проник в
  пассажирский салон авиалайнера. Именно он, попав к нам на станцию, так
  дотошно расспрашивал о партии, руководимой Хиллкрестом. Как потом
  выяснилось, он вместе с Джекстроу и Зейгеро доставал из туннеля бензин и
  имел возможность высыпать сахар в оставшееся горючее. Однако существовало
  важное свидетельство в его пользу - повязка на его руке, которую он
  повредил, кинувшись спасать рацию.
   Гораздо больше оснований было подозревать Зейгеро, а заодно с ним и Солли
  Левина. Именно боксер спрашивал у стюардессы,