о стоит жизнь человека по
  сравнению с этим прибором! Уж вам-то это хорошо известно, Смоллвуд. Кроме
  того, экипажам самолетов приказано, если они обнаружат двух человек, не дать
  им уйти живыми. В полярной одежде мисс Росс всякий примет за мужчину. Тем
  более сверху. Летчики сочтут, что это вы и Корадзини, и сотрут вас в
  порошок.
   Я знал, что Смоллвуд поверил моим словам. Потому что сам он поступил бы
  именно так. Ведь для таких, как он, человеческая жизнь гроша ломаного не
  стоит. Но в храбрости ему нельзя было отказать. Как и в уме.
   - Я не тороплюсь, - успев прийти в себя, произнес он спокойно. - Пусть
  себе кружатся сколько угодно. Пусть их сменяют другие самолеты. Дела это не
  меняет. Пока я в вашем обществе, никто не посмеет меня тронуть. А через час
  или около того стемнеет, и я смогу покинуть вас. Ну-ка, подойдите поближе,
  джентльмены. Уж вы-то не станете рисковать жизнью мисс Росс.
   - Не слушайте его! - закричала Маргарита, едва не рыдая. Лицо ее исказило
  страдание. - Уходите, прошу вас! Все уходите! Он все равно убьет меня, я это
  знаю! Так пусть уж теперь убивает! - Девушка закрыла лицо руками. - Теперь
  мне все равно!
   - Зато мне не все равно! - оборвал я ее сердито. Слова сочувствия были
  неуместны. - Нам всем не все равно. Не будьте дурой. Все обойдется, вот
  увидите.
   - Умные речи и слышать приятно, - одобрительно отозвался Смоллвуд.
  Только, дорогуша, не стоит обращать внимание на заключительную часть
  выступления.
   - Почему бы вам