взлете.
   - Нет, - решительно мотнул я головой. - Ячменный сахар не может отбить
  вкус зелья. Скорее всего, она положила его в кофе.
   - Должно быть, она, - согласился радист. - Однако... Однако она вела себя
  так же странно, как и все остальные. Пожалуй, даже более странно.
   - Наверно, было отчего, - угрюмо проронил я. - Ладно, давай возвращаться,
  пока не окоченели. Когда останешься с глазу на глаз с Джекстроу, расскажи
  ему обо всем.
   Спустившись в нашу берлогу, я на несколько дюймов приоткрыл крышку люка:
  когда в тесном помещении собралось четырнадцать человек, немудрено и
  задохнуться. Потом взглянул на термограф. Он показывал 48 ё ниже нуля, то
  есть 80 ё мороза по Фаренгейту.
   Улегшись на полу, я завязал капюшон, чтобы не обморозить уши, и спустя
  мгновение уснул.
  
  Глава 4
  
  ПОНЕДЕЛЬНИК
  
  С ШЕСТИ УТРА ДО ЧЕТЫРЕХ ПОПОЛУДНИ
  
   Впервые за четыре месяца забыв перед сном завести будильник, проснулся я
  поздно. Тело онемело, от неровного деревянного пола болели бока, меня бил
  озноб. Было темно, как в полночь. С тех пор как край солнца в последний раз
  в году появился над горизонтом, прошло уже две или три недели. Небо
  освещалось тусклым светом сулишь в течение двух-трех часов до после полудня.
   Стрелки на светящемся циферблате часов показывали половину десятого.
   Я извлек из кармана фонарь. Отыскав керосиновую лампу, зажег ее. При
  тусклом ее свете, не достигавшем углов помещения, можно было разглядеть
  похожие на мумии фигуры, скрючившиеся на койках