он разбившегося зеркала...
  
  ***
  
   - По-моему, его вообще дома нет, - сказал Толик, убирая от уха сотовый
  телефон, - Как вы думаете, Альберт Семенович?
   - Да кто его, идиота, знает, - проворчал Рывкин, - Небось, опять один в
  своей вонючей квартире сидит и нажирается. А мы беспокоиться должны...
   - Он вроде говорил, что у него творческий процесс начался, - явно
  иронизируя, произнес Толик.
   - Запой у него, а не творческий процесс! - в сердцах сказал Рывкин, -
  Звякни еще раз - может, очухается и трубку возьмет. А то ж ведь мы в
  квартиру войти не сможем. Дверь-то у него железная.
   Толика дважды упрашивать не пришлось, однако попытка успехом не
  увенчалась. Трубку никто не брал.
   - Бесполезно, - махнув рукой, сказал Толик и швырнул сотовый на сиденье
  автомобиля.
   - Ладно, давай сами чего-нибудь сообразим, - Рывкин посмотрел на Толика,
  - Может, откроем...
   - Ага, откроешь ее... Железную-то, - возразил Толик.
   - Ну что, милицию теперь вызывать?.. Шеф нас, когда проспится, точно
  убьет.
   - А если через окно? - спросил Толик.
   - Лезь, - безразлично произнес Рывкин, в котором эта идея особого
  энтузиазма не вызвала, - Я точно не полезу.
   - Всего-то второй этаж... Вы же сможете.
   - Погибели ты моей хочешь, - Рывкин грустно улыбнулся, - Хотя выхода
  другого, конечно, нет.
   - Вот и я о том же.
   Альберт Семенович открыл дверцу машины.
   - Эх, на тот свет-то как не хочется, -