ручу. По
  часовой стрелке и против, шаг вперед, и два шага назад, до последнего клапана.
  Вот он, главный урок Парижской Коммуны! Больше коммуны, больше любви. На вахту
  идти - всегда успеешь, тем более до мелей еще далеко. Можно вообще выключить
  мотор, потушить свет и раздать сушки.
  Кстати, сейчас уже можно пить чай с сушками и с клубничным вареньем. Вам две
  ложечки сахара, или одну? Сам положу. Полина, сядь ко мне на колени и раскрой
  свою грудь. Что, в груди колет? Да ты вилку-то из под сиси-то вынь. А то,
  смотри, варенье-то уже с соска капает, это ничего, дай оближу. Вот так-то, мой
  старший помощник, пока ты там держался за штурвал, я тут с твоими подружками
  чай пью с вареньем. Варенья еще много осталось, на вахту еще не пора, а
  девушки у нас уж больно хороши, особенно в черном. Вы тут у нас первый раз в
  круизе? Корабль у нас превосходный, недавно из ремонта, всем положили новые
  мягкие матрасы, прекрасные шелковые простыни, в люксе даже поставили биде для
  ваших прелестных кудрявых кошечек, так что в следующий раз звоните непременно
  мне прямо домой, берите своих подружек, но без друзей, и я вам устрою чудное
  плавание в Стамбул, в город гаремов и минаретов, орешков и кожаных курточек,
  юбочек, чулочков, трусиков и прочих радостей.
  Вронский услышал страшный удар по корпусу судна и побледнел. Кажется, старший
  помощник отвлекся. Матрос Железняк.
  Матрос Железняк утешал себя тем, что 94 процента жителей Америки занимаются
  онанизмом. Эти