ригласить в театр самую красивую девушку с нашего курса. Шурик
  появился немного позже. - Давай билеты! Я опешил. - Какие билеты? - протягивая
  ему четыре бумажки. - Мастер стоит дороже, я ты заработал только на детский
  утренник.
  Так я познакомился с билетной мафией. Потом Шурик занимался книгами,
  компьютерами, тачками, квартирами, мебелью и чем-то еще. На Таганку ходить мне
  больше не хотелось, да и Шурик не предлагал. Первую красавицу курса пришлось
  оставить, она отдавала предпочтение борцам и штангистам, а я мог развлечь ее в
  лучшем случае симфонией Брукнера под управлением Рождественского. С Шуриком мы
  стали редко перезваниваться, а последние годы вообще потеряли связь друг с
  другом.
  - Что с тачкой-то случилось? - заботливо спросил Шурик, закуривая новую
  сигарету. Мы сели в первом ряду партера на большие бархатные кресла. Шурик
  нажал на невидимую кнопку, мраморный пол раскрылся, и перед нами очутился
  столик со всякими явствами, винами и закусками. Герцогиня восхищенно вздохнула
  и принялась за орешки.
  - Да знаешь, как всегда - поленился купить запасной ремень, заменить-то его
  ничего не стоит, но в результате из-за какой-то мелочи мы тут можем надолго
  застрять.
  Шурик взял радиотелефон и, выпуская дым, сказал, глядя на сцену:
  - Ахмет? Ну как там? Все тихо? Слушай, надо тут ремень заменить в одной
  машине, сделай пожалуйста, - и он бросил трубку.
  - У меня тут ребята есть, но все совки, работать как следует не умеют,
  представляешь,