, сырое, холодное дыхание земли несется с
  полу, железная подъемная дверь с блестящим крестом полуоткрыта, зияющее за
  нею четырехугольное отверстие ведет в склеп. Заглушенное пение на латыни,
  солнечный свет за цветными оконными стеклам бросает зеленые, синие,
  кроваво-красные пятна на летящие клубы ладанного дыма, с потолка звучит
  настойчивый серебряный звон, рука священника в кружевном рукаве колышет
  кадильницу над лицом усопшего. Внезапное движение кругом, появляются
  двенадцать белых перчаток, поднимают гроб с катафалка закрывают крышку,
  канаты натягиваются, гроб опускается в глубину склепа: мужчины сходят по
  каменным ступеням, глухой отзвук в сводах, шуршание песка, торжественная
  тишина. Без звучно появляются серьезные лица из склепа, подъемная дверь
  наклоняется, падает, пыль поднимается из щелей, блестящий крест лежит
  горизонтально - свечи гаснут: вместо них снова пылают сосновые лучины на
  маленьком очаге, алтарь и иконы превращаются в голую стену. Земля покрывает
  плиты, венки распадаются в прах, фигура священника расплывается в воздухе,
  мейстер Леонгард снова один с самим собою.
   С тех пор, как старого графа нет более в живых, идет брожение среди
  прислуги; люди не желают более повиноваться бессмысленным приказаниям, один
  за другим связывают свои вещи и уходят, Немногие остающиеся упрямы и
  непослушны, делают только необходимейшую работу, не приходят, когда их
  зовут.
   Мать Леонгарда, как прежде, закусив губу, носится по всем комнатам,