еходит мрачное наследие,
  никто не может достигнуть душевного покоя, так как всякий раз женщина, как
  мать, супруга или дочь, становятся поперек дороги, ведущей к духовному
  умиротворению, то как жертва преступления, то как виновница его.
   Однако, постоянно после самого глубочайшего отчаяния загорается
  непобедимая звезда надежды - все же, все же будет некто в нашем роде,
  который не падет, покончит с проклятием и завоюет "венец мастера".
   С судорожно бьющимся сердцем быстро читает Леонгард описание жгучей
  страсти своего отца к родной сестре, которое открывает ему, что он сам плод
  этой связи и не только он - и Сабина!
   Теперь ему становится ясным, почему Сабина ничего не знает о своих
  родителях - почему никак нельзя установить следов ее истинного
  происхождения. Он живо видит перед собою прошлое и понимает: его отец
  простирает над ним в защиту руки, воспитывая Сабину, как крестьянскую
  девочку, самую грубую крепостную, дабы оба они - и сын и дочь - навсегда
  были свободны от сознания своей преступности даже в том случае, если и
  подпадут под проклятие предков и сойдутся, как муж с женою.
   Он узнает это слово за словом из исполненного страхом письма отца,
  лежащего больным в далеком чужом городе, к матери, которую он заклинает
  принять все меры для сокрытия тайны, немедленно сжечь само письмо.
  Потрясенный Леонгард отводит глаза; его тянет, словно магнитом, к
  дальнейшему чтению - он предчувствует, что найдет там рассказы, похожие в
  точности