ньги.
   Нотон заметил, что девушка была бы очень хорошенькой, если бы
  не выпирающие кости, ввалившийся рот и равнодушный взгляд, из-за
  которых она казалась уже мертвой. Должно быть, она долго голодала.
  "Пожалуйста деньги", - прохныкала девушка.
   Ее пальцы больно впивались ему в руку. Нотон нашарил в кармане
  несколько мелких монет и отдал ей.
   - Вот, - проговорил он. - Купишь себе поесть.
   Она схватила деньги и посмотрела ему в прямо глаза; Нотон
  уловил в этом пристальном взгляде панический трепет. Девушка вдруг
  задрала грязный подол длинной юбки, и взгляд американца уперся в
  темный треугольник между костлявыми бедрами. Ноги девушки были
  покрыты неровными царапинами и синими кровоподтеками, из десятков
  открытых болячек выделялась и стекала вниз, почти до колен,
  желтоватая жидкость. Нотон в ужасе отпрянул; увидев его глаза,
  девушка громко захохотала, брызгая слюной. Такси отъехало, а она все
  смеялась, не опуская подол - знамя шлюхи. Нотона передернуло от
  здешнего скотства.
   Они проехали через весь лагерь и оказались перед чистыми
  шатрами богатых паломников, разбросанными по равнине и
  каменистому обрыву над ней. Здесь пахло пряностями, дорогими
  духами, благовониями и струящимися шелками. Возле огромных
  сверкающих автомобилей, чьи бока пестрели царапинами, оставленными
  камнями и телами бедняков, дежурили вооруженные слуги. В одном
  месте Нотон увидел