муху. - Эти проклятые
  твари не отстанут, пока не высосут вас досуха. - Он протянул флягу
  Нотону. - Вот. Берите.
   - Спасибо, у меня есть вода, - ответил Нотон, показывая точно
  такую же флягу.
   Каспар захохотал и отхлебнул.
   - Вода, черт побери! Это виски - хорошее виски. Что бы я без него
  делал! Сижу тут по уши в песке, а остальных носит хрен знает где. И
  оператора, и обоих ассистентов. Укатили куда-то в нашем фургоне,
  сукины дети, а меня бросили здесь. Сволочи поганые. Я тут уже три дня
  торчу, обрыдло. - Он прищурился. - Нет, я серьезно. На хер обрыдло.
  Вся эта срань, вся эта вонь... вы писатель? Пишете про здешнюю
  заваруху?
   - Профессор, - поправил Нотон и, загораживаясь рукой от солнца,
  оглянулся на рабочих, которые теперь подсоединяли к генератору
  кабели. - Что же это они делают, интересно знать? Вы что-нибудь
  слыхали?
   - А как же! Я много чего слыхал, но все это враки. - Каспар
  прихлопнул муху, кружившую у него над головой. - Би-Би-Си пыталось
  узнать, что происходит, используя дипломатические каналы. Ничего не
  вышло. Потом через личных друзей. Ничего. Тысячи этих мерзавцев
  сидят в пустыне и ждут. Ничего не делают - ждут! Вчера я засек тут пару
  ребят из "Таймс", корреспондента одного из ваших журналов и
  несколько человек из местных изданий. Но от такого скопления народа
  тошно делается. Мне велели убираться; как будто я поперся бы