ался, что,
  надышавшись им, сам лишится рассудка.
   Они прибыли в гостиницу. Через разбитые стеклянные двери
  Вирга внес чемоданы в вестибюль. На роскошных темно-красных коврах
  блестели осколки. Он заметил, что в стене темнеют два аккуратных
  круглых пулевых отверстия.
   Портье, молодой кувейтец в светлом костюме, позвонил
  коридорному.
   - Доктор Вирга, правильно? Хорошо, что вы забронировали
  номер заранее.
   - Не знал, что здесь идет война, - сказал Вирга, кивая на разбитые
  окна.
   - Прошлой ночью эти подонки наводнили город. "Холлидэй Инн"
  и "Хилтон" сгорели дотла - поджог. Мы, в общем-то, ничего не можем
  поделать.
   - Я видел на улицах полицию.
   - Это их долг, - ответил молодой человек, пожимая плечами. -
  Иначе здесь был бы полный бедлам. Три четверти полицейских и так
  уволились. В город введены войска, объявлен комендантский час, но
  остановить уничтожение собственности практически невозможно.
  Больницы и тюрьмы переполнены. Что можно поделать с этими
  людьми? Я даже начал носить с собой оружие.
   Вирга осмотрел вестибюль. Ни души. Перевернутые стулья,
  разбитые зеркала, черепки декоративной керамики. Золотисто-зеленый
  гобелен разорван от потолка до пола. Маленький фонтан, сейчас без
  воды, засыпан битым стеклом.
   - Извините за состояние вестибюля, - сказал портье. - Слишком
  много камней и никого, кто сумел бы обуздать эту публику.
   - Ничего, -