авали ему
  некоторое сходство со смертью.
   - Вы американец? - спросил Вирга.
   - Я Ваал, - ответил мужчина, словно это отвечало на вопрос
  профессора.
   Вирга внезапно обратил внимание на шахматные фигуры,
  вырезанные из красивого блестящего камня. Белые (Вирга стоял у их
  половины доски) были представлены монахами в развевающихся рясах,
  скромными монашками, суровыми священниками и стройными
  готическими соборами. Ферзь, женщина в накинутом на голову
  покрывале, возводил очи горе. Король, бородатая фигурка Христа,
  воздев руки, о чем-то молил Отца. На противоположном краю
  шахматного поля - Вирга теперь заметил, что Ваал уже сделал несколько
  ходов черными, начав игру, - стояли колдуны, варвары, размахивающие
  мечами, горбатые демоны; короля и ферзя изображали соответственно
  некто поджарый, лукаво изогнувший стан и манящий кого-то пальцем, и
  женщина со змеиным языком.
   Ваал заметил интерес Вирги к шахматным фигурам.
   - Играете? - спросил он.
   - От случая к случаю. Я вижу, вы атакуете. Но вам недостает
  противника.
   - Атакую? - спокойно переспросил Ваал. Он подался вперед и
  впился в Виргу горящим взглядом. - О нет, еще нет. Я еще только учусь
  искусству маневра.
   - Это требует времени.
   - Оно у меня есть.
   Вирга поднял глаза от шахматной доски и посмотрел в лицо
  Ваалу. Наконец профессор почувствовал, что не смеет дольше
  выдерживать его пристальный