Вы легкомысленно вторгаетесь в область теорий
  предопределения.
   - Нет, я серьезно.
   Он всмотрелся в ее безмятежные глаза, в их бездонную синеву, и
  увидел, что так и есть. Он сказал:
   - Говорят, на третий раз все проходит удачно.
   - Это последний, - сказала Кэтрин. - Если опять что-нибудь
  случится, я не знаю, что я сделаю. Вряд ли я смогу снова пройти через
  это.
   - Ничего не случится, - твердо сказал он.
   - Я боюсь, - ответила она, прижимаясь к нему. В камине треснуло
  полено. - Правда боюсь. Я никогда ничего так не боялась.
   - А я не боюсь. - Он заглянул Кэтрин в глаза. - Не боюсь, потому
  что знаю: все будет нормально. Что бы ни случилось, все будет хорошо.
   Но все было "хорошо" очень недолго. Несколько месяцев спустя
  Кэтрин, сияющая, с огромным животом, споткнулась о сбившийся ковер
  на лестнице, беспомощно взмахнула руками и с отчаянным криком
  скатилась вниз по ступенькам.
   Интересно, кто бы у них родился? Мальчик, решил Вирга. Может
  быть, похожий на Нотона.
   Он открыл глаза, вспугнув мух движением век. Он заснул на ходу!
  Солнце было все таким же горячим, пустыня - все такой же безлюдной.
  Он мог брести по ней уже не один день. Мог ходить кругами. Вирга не
  знал. Поглядев на горизонт, он почувствовал, как сведенный судорогой
  желудок вдруг взорвался жгучей болью.
   Впереди лежал бесконечный ровный песок.
   Вирга потерял след лендровера.
   Куда