ирга.
   - М-да, - хмыкнул Майкл. - В Гренландии вот-вот должна
  начаться полярная ночь - полагаю, это вам известно. А посему вам не
  мешало бы пополнить свой гардероб. Поедем порознь. Я буду ждать вас
  в Аватике в течение трех дней. Если за это время вы не появитесь, я уеду
  без вас.
   - Я появлюсь.
   - Да, полагаю, что так. Стало быть, утрясайте формальности и как
  можно скорее улетайте из этой страны. Не думаю, что у нее большое
  будущее. Ну-ка, дайте, я помогу вам вынести отсюда вашего друга.
  
  
  
  ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ
  
   "...И видел я... стеклянное море, смешанное с огнем..."
  Откровение Иоанна Богослова, 15:2.
  
  
  21
  
   Над белыми песчаными просторами в краю медленно кипящего
  зноя, над укрытой пологом зимы Европой, над бесконечными синими
  нитями рек и широкими долами, где путь Человека был отмечен вехами
  городов, Вирга думал только о Ваале.
   Ваал был носителем той бациллы безумия, что, притаившись в
  телах некогда здоровых людей, медленно заражала весь мир; он был
  погибелью человечества. Почему Вирге так страстно хотелось снова
  выступить против него? Профессор вновь и вновь задавал себе этот
  вопрос и не находил ответа. Майкл был прав. В грядущих событиях ему,
  Вирге, не находилось ни роли, ни места. Он был всего лишь человеком,
  да, и немолодым человеком, и его мучило страшное предчувствие, что
  назревает нечто выше его понимания. Блестящие золотые глаза Майкла