Ему вдруг начало
  казаться, что великий механизм, отмеряющий последние минуты
  человечества, уже запущен и, точно исполинские часы с маятником,
  отсчитывает секунды.
   Вирга был выжат как лимон. Жесткий график перелетов,
  необходимый для того, чтобы уложиться в сроки, установленные
  Майклом, вконец измотал его. От усталости профессор не мог даже
  спать. В туалете на него взглянул из зеркала испуганный, неряшливый
  старик - отросшие встрепанные бакенбарды, новые морщины у глаз.
   В сверкающем от инея морозном Копенгагене Вирга купил сапоги
  и теплую одежду. Теперь до окончания путешествия оставались
  считанные часы. Ему предстояла посадка в Рейкьявике, затем на
  грузовом аэродроме в Сэндрестримфьорде, а там нужно было
  договориться, чтобы чартерным рейсом добраться вдоль западного
  побережья в Аватик, крошечную точку на карте Гренландии.
   Исландия осталась позади, и солнце исчезло за горизонтом,
  оставив в небе лишь тончайшую багровую полоску. Они перегнали его
  ослепительное сверкание и мчались теперь к темному полюсу.
   Вирга выпил последнюю порцию виски и вдруг подумал, что
  Майкл мог обмануть его. Возможно, он вовсе не собирался никого
  ждать, и, прибыв в Аватик, Вирга не застанет его там. Тогда долгое
  путешествие окажется напрасным. Он, растерянный и одинокий, будет
  гадать, остаться ли в Аватике или, похоронив всякие надежды, вернуться
  в Соединенные Штаты, теперь