а грубая сила.
   В морозной тьме они втроем с трудом взгромоздили укутанный
  холстом ящик на видавшие виды нарты Зарка. Зарк чертыхнулся и
  буркнул:
   - Ваша чертова штуковина моим собакам спины поломает!
   Они собрали и привязали к саням остальное снаряжение и следом
  за Зарком вернулись в хижину, чтобы прихватить еще кое-что. Зарк
  тщательно вычистил ружье и ракетницу с резиновой рукояткой, сложил
  патроны и ракеты в торбу из тюленьей шкуры, увязал кусок моржатины
  и проверил, довольно ли керосина в одной из ламп. Майкл спросил:
   - Ледоруб берете?
   - Да, - ответил Зарк. - А что?
   Майкл молча накинул на голову капюшон.
   Снаружи Зарк стал натирать снегом полозья саней, и Вирге
  представился случай оценить его упряжку. Керосиновая лампа освещала
  широкогрудых, крепких, густошерстых собак, нетерпеливо натягивавших
  постромки. Все держались на почтительном расстоянии от вожака,
  одноглазого черныша с испещренными шрамами боками, и хотя они
  злобно рычали друг на друга, никто ни разу не оскалился в его сторону.
   Зарк проверил, надежно ли привязано снаряжение, и вновь
  помянул недобрым словом его количество. Вдруг он крикнул: "Поехали!"
  - и, не успел Вирга понять, что это была команда упряжке, как нарты
  вздрогнули и помчались вверх по склону. Майкл бежал рядом.
   Зарк щелкал кнутом над головой вожака. Собаки единым махом
  одолели подъем; они рвались вперед, словно были