ать ответных ракеты или света.
   Ни того, ни другого.
   Жалобно заскулила собака. Другая подхватила. Черныш угрюмо
  молчал; когда заскулил третий пес, вожак клацнул зубами у его бока.
   Зарк тряхнул головой.
   - Ничего не понимаю, - негромко пробормотал он себе под нос. -
  ~Гама!~ - крикнул он собакам, и нарты заскользили вниз по склону.
   Не прошло и четверти часа, как они очутились на равнине. Ракета
  погасла, и их вновь обступила тьма. Вирга слышал, как тяжело дышит
  Зарк. Собаки натягивали постромки - может быть, они узнали место, где
  получали еду и отдых. Вирга напряженно вглядывался в темноту, но
  стариковские глаза ничего не могли разглядеть, и он проклял свою
  слабость.
   Вдруг собаки с обиженным тявканьем остановились, сбившись в
  клубок, словно разом налетели на стеклянную стену.
   Зарк выругался. Он крепче стиснул валек и щелкнул кнутом над
  головой вожака. Черныш рванул вперед, натягивая постромки, но
  упряжка, поджав хвосты, артачилась и упиралась. Зарк вытянул их
  кнутом, но ничего не добился.
   На снегу отпечатались уходящие в сторону Сагитака следы
  множества полозьев, и Вирга рассудил, что в таком случае вряд ли их
  нарты наткнулись на камни или иное препятствие. Если глазомер его не
  подвел, до поселка оставалось около ста ярдов.
   Проклинающий все и вся Зарк отшвырнул кнут, выхватил из саней
  ружье и бросил попутчикам: "Собаки уперлись. Я пойду вперед.