со
  мной?"
   - А в чем дело? - спросил Вирга, боясь услышать ответ.
  Кромешная тьма впереди вселяла страх.
   Глаза Зарка на миг вспыхнули.
   - Это я и собираюсь выяснить. - Он взял фонарь и пошел за его
  желтоватым светом по изъезженному снегу. Вирга и Майкл поплелись за
  ним. Дважды Зарк останавливался, нагибался и внимательно
  рассматривал следы полозьев.
   Позади жалобно повизгивали собаки. Неожиданно Зарк
  остановился и принюхался. Лицо его в желтоватом свете фонаря было
  сосредоточенным и напряженным.
   - Чуете? - спросил он Майкла.
   - Нет. А что чуете вы?
   - Кровь, - ответил охотник. Он поднял фонарь повыше и пошел
  вперед.
   На снегу застыли черные лужи. Вирга старательно обходил их,
  чувствуя, как отчаянно колотится сердце, готовое выпрыгнуть из груди.
  Собак больше не было слышно. Вирга затосковал по любому, какому
  угодно звуку, пусть бы даже это был пронзительный вой ветра.
   Зарк снова остановился и вытянул вперед руку с фонарем. Мягкий
  свет разлился по окровавленному снегу, заскользил вперед вдоль узкой
  тропы, которая постепенно расширялась, и наконец выхватил из мрака
  нечто такое, отчего Вирга сдавленно охнул, а Зарк застыл на месте, как
  вкопанный.
   Перед ними был труп эскимоса в окровавленной кухлянке,
  привязанный сыромятными ремнями к грубо сколоченному кресту,
  вбитому в вечную мерзлоту. Крест был перевернут, и остекленелые глаза
  эскимоса