починишь. Вы оба в
  порядке? Кости целы? Хорошо. - Зарк собрал то немногое, что при ударе
  вылетело из саней, и заново привязал к нартам. Потом намотал кнут на
  руку и убедился, что все постромки распутаны. - Теперь, - проговорил
  он, - молчите. Чтоб я ни слова не слышал. Дышать тихо. Кто-то уже
  знает, что мы здесь. Возможно, он не знает кто мы и сколько нас, но он
  уже услышал, что мы здесь. Фонарем не светить! - Он взялся за валек и
  очень тихо приказал собакам: - ~Гама!~
  
  
  26
  
   Когда не слышно ни единого звука, который могло бы
  зафиксировать сознание, оно, чтобы поддерживать нервную активность,
  непременно изобретет что-нибудь свое - например, кажущийся треск
  электрических разрядов или громкий сухой звон.
   В ушах Вирги этот звон превратился в протестующий рев
  обездоленных нервных окончаний. Профессор с Майклом шли в
  нескольких десятках ярдов позади Зарка, который время от времени
  поднимал руку, делая им знак замереть, и осторожно опускался на
  корточки на снег, нюхая воздух и поводя головой из стороны в сторону,
  чтобы не пропустить и отголоска звука.
   Когда огонек впереди мигнул и исчез, они бросили нарты и
  больше ста ярдов прошли пешком. Но по-прежнему впереди была лишь
  густая беспросветная тьма. Вирга весь покрылся гусиной кожей; страх
  заполнил его рот привкусом крови. Рядом с ним бесшумно, как тень,
  двигался Майкл.
   Зарк поднял руку, присел