ад. Отпусти меня, пока не поздно. - Он
  подождал ответа. Майкл, казалось, не слушал его. - Ты, должно быть,
  очень рвешься погибнуть, - продолжал Ваал, - но зачем? Какой в этом
  смысл? Ты пылью рассеешься среди звезд - ради чего? Посмотри на этих
  двоих. Посмотри! Великолепные образчики того, что ты хочешь спасти.
  Слабые, ничтожные, жалкие комки грязи, не более. Один уже ходячий
  мертвец, да и второму недолго осталось.
   Майкл медленно повернул голову:
   - Ты не можешь спастись?
   Ваал скривил губы в пародии на усмешку. Он вдруг подался
  вперед. На губах у него блестела слюна.
   - А кто спасет тебя, Майкл?
   Ветер с воем ударил им в лицо. Вирга с трудом преодолевал его
  напор. Суша осталась позади, и собаки сделались крайне
  раздражительными. Кнут Зарка без передышки щелкал над их головами;
  вожак, рыча и огрызаясь, гнал упряжку вперед.
   Под ногами путников был коварный, предательский лед,
  гладкостью превосходивший самое гладкое стекло, пронизанный
  белыми, синими и темно-зелеными прожилками. Вирге, который одной
  рукой держался за нарты, чтобы не упасть, передавалась через подошвы
  торбасов слабая дрожь - это море ворочалось у них под ногами,
  перекатывало волны под коркой льда. Вирга поразился его глубине, его
  ярости, и вдруг испугался, что, ступив где-нибудь на тонкий лед,
  провалится в ледяную воду и мгновенно замерзнет. Он неуверенно
  переставлял трясущиеся