а когда отняла руки, то увидела все как в тумане, смутно,
  расплывчато, словно окружающее отражалось в кривых зеркалах. На
  месте головы мальчика ярко светился белый шар, похожий на плафоны,
  висящие под потолком. Сестра заморгала, и с ресниц закапала влага.
  Что-то попало мне в глаза, подумала она. Наверное, пыль. Я промою их
  водой, и все придет в норму. Но эта боль...
   - У меня что-то с глазами, - снова сказала она и смутилась: ее
  голос, отразившийся от стен, дрожал.
   Она вытянула руки, чтобы ощупью пробраться между кроватями к
  двери. Однако Ваал вдруг крепко взял ее за запястье. Он не собирался
  отпускать ее.
   Сестра Розамунда разглядела сквозь мутные слезы, что мальчик
  шагнул вперед. Он легонько провел пальцами по ее векам, и сестра
  ощутила странный жар, который, проникая под череп, собирался где-то
  в области затылка.
   - Не нужно бояться, - сказал мальчик. - Пока не нужно.
   Сестра Розамунда моргнула.
   Она стояла на углу улицы. Нет, это была автобусная остановка.
  Город вокруг нее был пропитан синевой ранних сумерек. Грязный снег,
  собранный в сугробы вдоль тротуаров и в переулках, искрился, отражая
  бесчисленные огни, кричащий неон, мигающий ослепительно-белый свет
  фонарей. Вместо черной рясы на сестре Розамунде было длинное темное
  пальто и темные перчатки. Что у нее под пальто, она тоже знала: темно-
  синее платье с полосатым поясом. Его подарок ко дню