м
  поговорить?
   - Вы путаете меня с детьми. Вас кто-то просил поговорить со
  мной? Отец Данн?
   - Нет. Я заметил резкую и внезапную перемену в вашем
  поведении. Все заметили, даже дети. И мне захотелось узнать, не могу ли
  я чем-нибудь помочь.
   - Нет, - решительно отрезала она. - Не можете.
   - Что ж, ладно, - сказал он. - Простите, что побеспокоил. Еще
  один вопрос, и я уйду. Вы помните наш разговор о Джеффри Рейнсе?
   Она оторвала взгляд от бумаг, и отец Робсон заметил, что ее лицо
  на несколько секунд побелело. Это встревожило его.
   - Прошу прощения, - сказала сестра Розамунда после минутной
  паузы. - Я совсем забыла, что вы просили меня присмотреть за ним.
   - Нет, нет, ничего страшного. Я понимаю. У вас и без того
  довольно работы. К тому же взять на себя ответственность за этого
  ребенка следовало бы мне.
   Она открыла ящик стола и принялась убирать туда листки.
   Ну-ка, копни здесь поглубже, сказал себе отец Робсон. Тут что-то
  очень неладно.
   - Ваше отношение к мальчику изменилось? Вы по-прежнему
  полагаете, что контакт с ним возможен?
   Она закрыла ящик стола:
   - Он... очень трудный ребенок.
   Отец Робсон хмыкнул, соглашаясь. На лице сестры Розамунды так
  отчетливо проступило напряжение, словно по ее чертам прошелся резец
  скульптора; пальцы ее постоянно то сжимались, то разжимались. Он
  заметил в ней странное сходство с ребенком, о котором шла речь,