наблюдает за Алешей. А Алеша снова на скамейке у
  плавленого сырка, не сводит с него глаз.
   - Мама, маа-инький кусёцек? - и Алеша складывает щепоткой два пальчи-
  ка. Слово "маа-инький" он произносит таким трогательный тоненьким голос-
  ком, что бабушка не выдерживает:
   - Лена! - обращается она к маме. - Картошка когда еще изжарится, а
  ребенок будет ждать, нервничать. Покормите его - он успокоится.
   - За пять минут от голода еще никто не умирал. Даже медицина не знает
  таких случаев, - говорит мама, - пять минут потерпеть тоже надо уметь...
   Наконец картошка готова, мама ставит сковородку на стол и часть отк-
  ладывает Алеше на тарелку. Теперь не до спора, Алеша, надувая щеки, сту-
  дит свою картошку и, поддев вилкой кусок, осторожно подносит к губам.
  Картошка на сковороде заметно тает. Аппетит у всех завидный. Покончив со
  своей порцией, Алеша "берет на буксир" папу с мамой, и сковородка быстро
  очищается.
   Чай еще горяч, и, пока он остывает, мама намазывает масло на хлеб, а
  Алеша приподнимается и пытается через весь стол дотянуться до печенья.
  Животиком он опрокинул свою чашку: лужа на столе, лужа на полу - беда!
  Алеша наш в слезы.
   - Что ж вы смотрели? Ребенок чашку близко к краю поставил, надо было
  отодвинуть! - замечает сердито бабушка.
   - Нет, он должен смотреть сам, - отвечает папа и этим совсем выводит
  бабушку из себя.
   Но это только начало сраженья, легкая перестрелка. Главная баталия
  начинается после того,