чит он так громко и призывно, что мама уже
  не идет, а почти бежит ему навстречу.
   Если за ужином на столе оказывается конфета или шоколадка, то Алеша
  вооружается ножом и делит ее на три равные части. И первый кусочек вкус-
  ного он дает маме, второй - папе и только последний отправляет себе в
  рот. Так уж повелось с того времени, как Алеша стал что-то понимать.
   Однажды бабушка пекла блины и, конечно, захотела угостить внучка:
   - На, Алеша, блинчик! Вку-усный!
   - Неть, месте, - пряча ручонки за спину, решительно отвечает Алеша
  бабушке. Весь его вид и чуть нахмуренные бровки говорят о непреклонности
  его намерения.
   - С кем вместе? - не сразу понимая Алешу, переспрашивает бабушка.
   - Папам, мамам! - все так же серьезно поясняет Алеша.
   - А-а-а! С папой и с мамой будешь есть блинчик? Ну, хорошо! - улыба-
  ется бабушка и дает ему блинчик на блюдечке. И Алеша торжественно прино-
  сит его нам. Разве не покажется папе с мамой этот блинчик самой вкусной
  едой на свете!
   - Молодец, Алешенька,. - хвалит внука и бабушка, но... сколько раз
  приходится нам сталкиваться с этим "но"!
   Вот приезжает из Москвы бабушка Саша. Алеша тут как тут.
   - А что я тебе привезла! Ну-ка, ну-ка, подойди ко мне, посмотри-ка
  сюда, - говорит бабушка, еще не успев раздеться, - на-ка тебе, Але-
  шенька, конфетку! Скушай, дорогой! - и Алеша понимает точно - раз гово-
  рят "тебе", то значит "мне", и надо кушать. Да и станет ли бабушка уго-
  щать